КАК Я СТАЛ ПСИХОЛОГОМ. КУРСЫ



Большинство курсов читала означенная профессор(ка). Именно она была инициатором проекта "получи дополнительную профессию психолога" к имеющемуся высшему образованию, причем, без разницы, педагогическому или нет.


Имея базовый диплом иняза, она читала некоторые материалы в оригинале и просто писала монографии и методички, в некоторых из которых впоследствии угадывались источники типа "Социальной психологии" Майерса.


Я сейчас, кстати, тоже пользуюсь своим языковым преимуществом и постоянно что-то читаю, слушаю, изучаю на "стороне". Но вот чтобы переводить кусками и выдавать за свое, это сильно. Сильно не по мне. Как-нибудь расскажу и о "своем" участии в одной из ее монографий.


Личные предпочтения преподавательницы можно было увидеть с первых же занятий. Она с особенным пиететом относилась к истеричной даме постарше, которая объявила себя врачом, и охотно поддерживала ее страдальческие монологи о том и о сем, выдавая на них интерпретации.


Дама та, кстати, врачом не была. Она закончила медучилище и биохим, и просто хотела получить диплом психолога, чтобы вести потом какие-то хилерские практики. Потому что деятельность психолога не лицензируется и можно спокойно открывать кабинет.


Я, как душа пылкая и жаждущая учения и, конечно, расположения авторитетной фигуры, достаточно скоро сказал ей, смущаясь, что хочу к ней в аспирантуру.


Чего я ждал? Улыбки, кивка, принятия, ободрения. Но мадам одарила меня уничижающим взглядом, лицо буквально исказилось, будто она увидела нечто скользкое и неприятное, и она процедила через губу: "Сдавайте минимум, кто ж вам запретит".


Моя уверенность в успехе пошатнулась и сомнения закрались в мою чувствительную подкорку.


Большое впечатление произвел преподаватель по детской и возрастной психологии. Один из немногих он постарался уложить невероятного объема курс в краткий обзор предмета и задал написать курсовую.


Очень хотелось отличиться и написать что-то хорошее, цельное, полное, но время и ресурсы были ограничены и я не смог воплотить идею в срок, от чего мне стало еще более стыдно.


Это сейчас я знаю, что перфекционизм далеко не самая удобная и плодотворная стратегия, да и то, продолжаю сидеть в его ловушке. Но тогда это было крайне болезненно.


Хорошо, что мой друг, психолог и барабанщик, уже работавший на кафедре психологии, помог мне собраться, и фактически продиктовал предисловие к книжке Эрика Эриксона "Детство и общество" (на фото, кстати, случайно), а я набирал его на своей корявой пишущей машинке. Да, да, я учился еще задолго до эры интернета в каждом кармане.


Я помню, что защищал курсовую на потертых откидных стульях, вытащенных когда-то из актового зала, а преподаватель слушал меня, закутавшись в длинный шарф. Как бы быстро и по делу. Зачет. Свободен.


Меньше всего я хотел быть детским психологом. Но только потом стало понятно, насколько именно детскую психологию важно и необходимо понимать и знать, с кем бы тебе ни пришлось работать.


А что, вы ведь не сразу взрослыми родились, правда?